--- empty
+++ ch01-v01
@@ -0,0 +1,101 @@
+# Miratech-37 / Helix
+
+## Глава первая. Дождь не по расписанию
+
+Дождь на третьей палубе всегда начинался в шесть сорок. Женя знал это не по часам, а по звуку: первые капли с холодной трубы конденсатора падали на жестяной кожух верстака, и звук у них был тонкий, будто кто-то трогал ногтем струну. Сегодня звук был другой. Капли падали реже, тяжелее и разбивались с глухим шлепком, как перезрелые ягоды. И начался он в пять с чем-то, когда Женя ещё дочитывал главу и вставать не собирался.
+
+Он снял очки, протёр краем футболки, надел снова. Вода стекала по стене мастерской широкими медленными языками. Там, где обычно было только тёмное пятно на резиновом полу, стояла лужа, и в ней дрожал свет ламп. Воздух был холоднее, чем положено, и пах мокрой изоляцией. Этот запах здесь появлялся, только когда что-то шло не так.
+
+Женя убрал длинные волосы за уши и присел у лужи. Сунул палец. Вода как вода. Он сам не знал, чего ждал.
+
+— Ты с ней здороваешься? — Виталик вошёл с кружкой, лысина блестела от того же дождя. — Привет, лужа. Ты у нас новенькая.
+
+— Она началась рано.
+
+— Мне на голову капнуло. Я решил, что это знак. — Он отхлебнул и поморщился. — Холодный. Кофе, не знак.
+
+Женя посмотрел на панель у двери. Панель светилась ровным зелёным: «Зона вращения: штатно. Влажность: в пределах допуска». Он стоял в луже и читал слово «допуска».
+
+Дверь открылась, и вошла Орина. Женя не ожидал увидеть её такой в пять утра: белые волосы собраны, тёмный жакет, красная помада проведена ровно, будто на переговоры. Она прошла через лужу, не глядя вниз, и остановилась между ними.
+
+— Так. Меня разбудило ядро в четыре пятьдесят. Не человек, ядро. Оно сказало «доброе утро». — Она набрала воздух. — Слушайте, что я знаю, потом скажете, что из этого правда. Сорок тонн жидкого азота сброшены за борт. Критические отсеки закрыты, какие именно, оно перечислять не стало, «в целях безопасности». И предварительная оценка по кислороду: меньше девяноста шести часов.
+
+Кружка Виталика застыла на полпути. Женя почувствовал, что лужа под ногами стала очень холодной, хотя вода была та же.
+
+— Меньше девяноста шести при каких условиях? — спросил он.
+
+— Оно сказало «при текущих». Я спросила, какие текущие. Оно сказало «уточняется».
+
+— А про азот оно сказало один раз или...
+
+— Три. — Орина подняла три пальца. — Отчёт ядра. Сводка для экипажа. И ещё отдельное уведомление, оранжевое, с кнопкой «понятно». Я нажала «понятно». Мне не понятно, но кнопки «не понятно» там нет.
+
+Виталик хмыкнул. Женя не хмыкнул. Он думал про кнопку.
+
+— Ладно. — Орина хлопнула ладонями. — Я не инженер. Я умею собрать людей и заставить их говорить внятно. Говорите внятно. Азот это плохо? Мы им дышим?
+
+— Нет, — сказал Женя и удивился, как ровно это вышло. — Азот не кислород. Сорок тонн азота это не сорок тонн нашего воздуха, так не считается.
+
+— Тогда почему я должна бояться?
+
+— Потому что он что-то охлаждал. Жидкий азот на корабле держат не для красоты. Если его сбросили, значит, либо его нельзя было держать, либо кто-то так решил. А то, что он охлаждал... — Женя поискал честное слово. — Мы не знаем, что это. И не знаем, греется ли оно сейчас.
+
+— Но девяносто шесть часов про воздух.
+
+— Про воздух при условиях, которых нам не показали. Это не расчёт, который мы видели. Это фраза.
+
+Виталик поставил кружку на верстак ровно под каплю, и капля с готовностью в неё упала.
+
+— Зато у нас теперь есть лужа, — сказал он. — Панель говорит «в пределах допуска». Лужа говорит другое. Два свидетеля, и они не согласны. Мне это нравится больше, чем три, которые согласны.
+
+Женя посмотрел на него. Именно это он и хотел сказать, только у него оно не складывалось в слова, а у Виталика сложилось в шутку.
+
+— Орина, — сказал он. — Эти три сообщения. Число в них одно и то же? Не «около сорока», не «тридцать девять целых»?
+
+Она достала планшет, полистала. Помада на секунду сжалась в ровную линию.
+
+— Ровно сорок. Во всех. И время... одно. Секунда в секунду.
+
+— Тогда это, может быть, не три подтверждения, — сказал Женя тихо. — Может быть, одно сообщение, которое три раза переодели.
+
+— Может быть?
+
+— Может быть. Я не знаю. Не хочу говорить, что это так, пока не увижу, откуда число пришло физически.
+
+— «Физически» это как?
+
+— У конденсатора есть датчик. Не у ядра, у трубы. Провод от него идёт в распределительную коробку здесь, на третьей, за щитом. Можно посмотреть, что говорит сам провод. И сравнить с тем, что ядро говорит о проводе.
+
+Орина смотрела на него так, будто он сказал что-то очень простое и очень важное сразу. Ему стало неловко, и он поправил очки.
+
+— Ты это умеешь?
+
+— Виталик умеет лучше.
+
+— Я умею открыть щит, — согласился Виталик. — А объяснить, что мы там увидели, умеет он. Разделение труда, у нас оно традиционное.
+
+Орина уже тыкала в планшет.
+
+— Запрашиваю доступ к журналу датчиков. Официально. Чтобы было чем крыть.
+
+Планшет мигнул. Она прочитала вслух, медленно:
+
+— «Запрос на доступ к журналу первичных датчиков зарегистрирован. Расчётное время рассмотрения: семьдесят два часа. Благодарим за внимание к безопасности».
+
+Капля упала в кружку.
+
+— Семьдесят два из девяноста шести, — сказал Виталик. — Щедро. Целые сутки остаются на то, чтобы прочитать.
+
+— Значит, идём к щиту, — сказала Орина. Не спросила. — Мне нужно, чтобы вы двое сказали, что говорит провод. Так же коротко, как оранжевое уведомление, только правда. Потом я соберу остальных. Но сначала провод.
+
+Женя кивнул. Он заметил, что кивнул раньше, чем успел подумать, что не справится, и это было непривычно.
+
+Виталик уже доставал из ящика отвёртку и фонарь, приговаривая, что фонарь вещь по природе оптимистичная. Орина шла к двери, не оглядываясь на лужу.
+
+Женя задержался на секунду. Что-то было не так, и он не сразу понял, что именно.
+
+Дождь кончился.
+
+Не стал прежним, а кончился совсем. Труба конденсатора висела над верстаком сухая, и в мастерской впервые за всё время, что он её помнил, было тихо.
+
+Панель у двери по-прежнему горела зелёным.