{
  "grip": 4,
  "clarity": 4,
  "humanity": 4,
  "continue_reading": "yes",
  "friction": [
    "Реплика «Если после сброса что-то осталось без охлаждения и продолжает работать, оно греется» идёт без атрибуции сразу после вопроса Орины и читается как её слова, хотя по смыслу это рассуждение Жени; следующее «И что будет, когда оно нагреется?» путает, кто кого спрашивает.",
    "«— Хорошо, — сказал Женя. — Тогда ещё одно» — похоже на сбой атрибуции: «хорошо» и переход к новому пункту до этого вела Орина, и тут инициатива внезапно у Жени."
  ],
  "suggestions": [
    "Проставить явные ремарки в блоке про охлаждение (кто говорит каждую из четырёх реплик), чтобы цепочка «азот → охлаждение → нагрев» читалась как улика, а не как шум.",
    "Дать хотя бы одну проверяемую цифру на руки читателю до финала — например, текущее показание датчика на экране ядра, — чтобы будущее сравнение мультиметром было уликой, которую читатель может оценить сам."
  ],
  "understood_ending": "Течь внезапно прекратилась: труба конденсатора сухая впервые за полтора года, а панель всё так же показывает «штатно». Это новая улика — ситуация изменилась физически и мгновенно, вероятно кем-то управляется, и зелёная индикация её не отражает. Проверка мультиметром из плана превращается в срочную необходимость, а молчание Виталика и застывшая у двери Орина означают: все трое поняли, что за ними, возможно, наблюдают."
}