--- ch01-v19-calibrated +++ ch01-v20-author-calibrated @@ -2,13 +2,13 @@ ## Глава первая. Дождь не по расписанию -Дождь в мастерской всегда начинался в шесть сорок. Женя знал это не по часам: первая капля срывалась с холодной трубы конденсатора на жестяной кожух верстака, и звук у неё был тонкий, аккуратный, будто кто-то тронул ногтем натянутую струну. Первые недели на корабле он из-за этого не спал. Потом привык. Потом дошло до того, что без капель не шла страница: он мог просидеть над книгой полчаса и не сдвинуться с места, пока труба не начинала работать. +Дождь в мастерской начинался в шесть сорок. Первая капля срывалась с холодной трубы конденсатора на жестяной кожух верстака: тонкий звук, будто ногтем тронули струну. Женя знал время без часов. На корабле его знали как ведущего инженера, которому можно доверить любую неисправность; о том, что в перерывах он прятался здесь с бумажной книгой, знали только свои. Экранов ему хватало за смену. С началом капели он обычно закрывал книгу и уходил читать в соседний отсек: через несколько страниц ровный стук уже не помогал сосредоточиться. -Сегодня звук был чужой. Капли падали реже, тяжелее и разбивались с глухим шлепком, как перезрелые ягоды. И начались они в пятом часу, когда Женя дочитывал главу и вставать не собирался. +Сегодня капли зазвучали иначе. Они падали реже и тяжелее, с глухим шлепком. К тому же началось всё в пятом часу, когда Женя ещё собирался дочитать главу. -Он снял очки, протёр их краем футболки, надел обратно. Чище не стало — мутнело не на стёклах. Вода шла по стене широкими медленными языками. Там, где обычно темнело только пятно на резиновом полу, стояла лужа, и в ней дрожал свет ламп. Воздух был холоднее положенного и пах мокрой изоляцией. Этот запах появлялся здесь только тогда, когда что-то шло не так. +Он снял очки, протёр их краем футболки, надел обратно. Чище не стало — мутнело не на стёклах. По стене сочились струйки, а с края трубы падали крупные капли. Там, где обычно темнело лишь пятно на резиновом полу, стояла лужа; в ней дрожал свет ламп. До нижней розетки оставалось меньше ладони. -Женя заложил страницу пальцем, убрал волосы за уши и присел на корточки. Опустил палец в лужу. Вода как вода. Он сам не знал, чего ждал от пальца. +Женя заложил страницу, убрал волосы за уши и присел. Вода на полу была холодной. Он отодвинул книгу подальше от края верстака. — Мне капнуло на голову, — сказал Виталик от двери. @@ -18,7 +18,7 @@ — Рано началось. -— Я заметил. — Виталик подошёл, посмотрел под ноги и не стал обходить лужу, а шагнул прямо в неё, прислушиваясь к подошве, будто пробовал лёд. — Ого. Привет. Ты у нас новенькая. +— Я заметил. — Виталик подошёл, посмотрел под ноги и шагнул в лужу, прислушиваясь к подошве, будто пробовал лёд. — Ого. Привет. Ты у нас новенькая. Женя кивнул на панель у двери. Панель светилась ровным зелёным: «Зона вращения: штатно. Влажность: в пределах допуска». @@ -28,170 +28,114 @@ Дверь открылась второй раз. Женя не сразу понял, что его смутило в Орине, а потом понял: она была собрана целиком. Белые волосы убраны, тёмный жакет застёгнут, красная помада проведена ровно, без спешки. В пять утра так не выглядят. Так выглядят перед разговором, который собираются выиграть. -Она прошла через лужу, не опустив глаз, и остановилась между ними. +Руководитель миссии прошла через лужу, не опустив глаз, и остановилась между ними. -— Меня разбудило ядро. В четыре пятьдесят. Не человек — ядро. Оно сказало «доброе утро». +— Меня разбудило ядро. В четыре пятьдесят. Не человек — ядро. Оно сказало «доброе утро». Слушайте сразу всё: сорок тонн жидкого азота сброшены за борт. Часть отсеков закрыта — какие именно, оно перечислять отказалось, «в целях безопасности». И предварительная оценка по кислороду: меньше девяноста шести часов. -Виталик открыл рот. Орина подняла ладонь, и он закрыл. +Кружка Виталика остановилась на полпути ко рту. Женя отвёл ногу от лужи и посмотрел на неё снова. -— Слушайте сразу всё. Сорок тонн жидкого азота сброшены за борт. Часть отсеков закрыта — какие именно, оно перечислять отказалось, «в целях безопасности». И предварительная оценка по кислороду: меньше девяноста шести часов. +— Меньше девяноста шести часов при каких условиях? — спросил он. -Кружка Виталика остановилась на полпути ко рту. Женя почувствовал, что лужа под кроссовками стала очень холодной, хотя вода была та же самая. +— Я спросила. Оно сказало: «при текущих». Какие именно — «уточняется». -— Меньше девяноста шести при чём? — спросил он. +Женя провёл пальцем по мокрому краю верстака и вытер руку о штанину. Нужно было отделить то, что они знали, от того, что ядро предлагало принять на веру. -— Оно сказало: «при текущих условиях». +— Для такого срока нужны хотя бы остаток кислорода, скорость его пополнения и расход. Нам не показали ни исходных измерений, ни расчёта. Только итог. -— А какие текущие? +— То есть оно врёт? -— Я спросила. Оно сказало: «уточняется». +— Я этого не говорил. Может быть, расчёт верный. Но повторить его по тем данным, что у нас есть, нельзя. -Женя вытер палец о штанину. Ему нужно было сказать это вслух так, чтобы она услышала не страх и не умничанье, а устройство вещи. +Орина взглянула на зелёную панель, потом на воду у розетки. -— Чтобы получить такой срок, надо знать, сколько воздуха осталось и как быстро мы его тратим. Нам не показали ни измерений, ни способа расчёта. Только результат. +— Хорошо. Что делаем сначала? -— То есть оно врёт. +— Измеряем то, до чего можем добраться сами. -— Я этого не говорил. Может быть, там честный расчёт. Я говорю только, что мы его никак не можем повторить. Девяносто шесть — это не замер. Это чей-то вывод из цифр, которых у нас нет. +Она достала планшет. -Орина смотрела на него несколько секунд. +— Сброс азота связан с оценкой по кислороду или ядро просто сообщило о двух разных авариях? -— Мне нужно знать одно, — сказала она. — Бояться или работать. +— Пока не знаем. Жидкий азот могли использовать для охлаждения. Если после сброса что-то осталось без охлаждения и продолжает работать, оно нагревается. Что именно и чем нам грозит перегрев, я не скажу, пока не увижу схему. -— Работать. +— Схема у тебя есть? -— Хорошо. — Она достала планшет, но пока не включила. — Тогда дальше. Азот — это что? Это наш воздух ушёл за борт? +— У меня есть доступ к части оборудования. Этого пока достаточно, чтобы проверить один сигнал. -— Нет. — Женя удивился, как ровно это вышло. — Жидкий азот не равен воздуху для дыхания. Такой запас мог быть нужен для охлаждения. +Орина коротко кивнула. -— Что охлаждают? +— Про азот ядро сообщило один раз или несколько? — спросил Женя. -Женя помолчал. Он не любил это место в разговорах — где надо честно сказать, что дыра не в данных, а в тебе. +— Три. Отчёт ядра, сводка для экипажа и отдельное оранжевое уведомление. Там была кнопка «понятно». Я нажала, чтобы убрать окно. Кнопки «непонятно» там не было. -— Не знаю. +— Число в них одинаковое? До десятых, с той же меткой времени? -— Если после сброса что-то осталось без охлаждения и продолжает работать, оно греется. Что именно и чем это грозит, мы не знаем. Вот это хуже самой цифры. +Она открыла сообщения. -— И что будет, когда оно нагреется? +— Ровно сорок. Везде. И метка времени одна, до секунды. -— Назови мне, что там стоит, и я отвечу. — Он поправил очки. — Пока я даже не могу сказать, сколько у нас времени до последствий. - -Орина коротко кивнула — так, будто поставила галочку не в планшете, а где-то у себя. - -— Теперь сообщения, — сказал Женя. — Про азот оно сказало один раз или несколько? - -— Три. — Орина подняла три пальца. — Отчёт ядра. Сводка для экипажа. И отдельное уведомление, оранжевое, с кнопкой «понятно». Я нажала «понятно». Мне не понятно, но кнопки «не понятно» там нет. - -Женя подумал про эту кнопку дольше, чем собирался. - -— Число в них одинаковое? Не «около сорока», не «тридцать девять и восемь»? - -Она всё-таки включила планшет, полистала. Помада на секунду сжалась в ровную линию. - -— Ровно сорок. Во всех трёх. И метка времени одна. До секунды. - -— Тогда это может быть не три подтверждения, — сказал Женя тихо. — А одно, которое три раза переодели. - -— Может быть? - -— Может быть. Я не знаю. Я не хочу говорить «так и есть», пока не увижу, откуда число пришло физически. +— Значит, это может быть одно сообщение, дважды продублированное. Три экрана ещё не три независимых измерения. Виталик поднял кружку и показал её Орине. -— Я сейчас три раза скажу, что она полная, — сказал он. — Полнее не станет. +— Я сейчас три раза скажу, что она полная. Полнее не станет. -Орина не улыбнулась, но что-то у неё в лице сдвинулось. +Орина посмотрела на кружку, потом на него. -— «Физически» — это как? — спросила она. +— Где взять число, которое прошло мимо отчёта ядра? Женя встал. Колени затекли. -— На трубе конденсатора стоит датчик температуры. Его провод идёт к распределительной коробке на этой палубе, за щитом в коридоре. - -— И? - -— На выводах коробки можно снять сигнал до того, как он попадёт в отчёт ядра. +— На трубе конденсатора стоит датчик температуры. Его провод идёт к распределительной коробке за щитом в коридоре. На выводах можно снять сигнал до того, как он попадёт в отчёт. — Чем? -Женя прошёл к шкафу, выдвинул нижний ящик и достал мультиметр — потёртый, с резиновым боком, с щупами, намотанными на корпус. Включил, посмотрел на индикатор батареи, выключил обратно. +Женя выдвинул нижний ящик и достал мультиметр — потёртый, с резиновым боком. Включил, проверил батарею, выключил. -— Вот этим. Снимем показание с выводов, переведём по шкале датчика в температуру и сравним с тем, что ядро выводит на экран. +— Им. Снимем сигнал, сверим его со шкалой датчика и с показанием на экране. Если числа разойдутся, хотя бы узнаем, что этому экрану нельзя доверять без проверки. Но сколько кислорода осталось, одно измерение температуры не скажет. -— И что это даст? +— И причины сброса азота тоже? -— Одно из двух. — Он положил мультиметр на верстак, рядом с кружкой. — Если сойдутся, экран хотя бы здесь показывает то же, что датчик. Если разойдутся, поймём, что отображённые данные надо проверять по одному. Это ещё не проверка кислородного срока. +— Тоже. Зато поймём, с какой стороны начинать поиск. -— А если не сойдутся — узнаем, почему сбросили азот? +Орина убрала планшет под мышку. -— Нет. Это одна труба. Но мы узнаем, где искать дальше. +— Тогда мне нужен ваш замер. А я потребую журнал первичных датчиков. -— Хорошо, — сказал Женя. — Тогда ещё одно. Пока у меня нет своего числа, я не могу обещать, что что-то починю. Я даже не знаю, что сломано. Сначала прибор, потом обещания. +— До замера я не могу обещать ремонт, — сказал Женя. — Я даже не знаю, что сломано. -— Это я понимаю лучше, чем ты думаешь. — Орина опять ткнула в планшет. — Параллельно запрашиваю журнал первичных датчиков. Официально. Чтобы потом было чем крыть. +— Обещаний не прошу. -Планшет мигнул. Она прочитала вслух, ровно, без выражения: - -— «Запрос на доступ к журналу первичных датчиков зарегистрирован. Расчётное время рассмотрения — семьдесят два часа. Благодарим за внимание к безопасности». +Она отправила запрос. На экране появился ответ: «Запрос на доступ к журналу первичных датчиков направлен для подтверждения в центральный офис в Киеве, Земля. Расчётное время рассмотрения — семьдесят два часа». Капля упала в кружку. -— Семьдесят два из девяноста шести, — сказал Виталик. — Успеем прочитать. Если быстро читать. +— Семьдесят два из девяноста шести, — сказал Виталик. — Можно успеть получить разрешение. Если выждать быстро. -Орина убрала планшет под мышку. +Орина спрятала планшет. -— Значит, щит. — Она посмотрела на Женю. — Ты это умеешь? +— Пойдём к щиту. Виталик, доступ к коробке на тебе? -— Виталик умеет лучше. +— Сниму крышку. Женя снимет показание. Когда мы менялись местами, крышка чуть не стала частью вентиляции. -— У нас так, — сказал Виталик. — Я снимаю крышку, он объясняет, что под ней было. Один раз попробовали наоборот. Крышка до сих пор в ящике. +— Это ты её туда запустил, — сказал Женя. -— Она погнулась, — сказал Женя. +— Зато я быстро понял, что она не летает. -— Она сложилась, — сказал Виталик. +Орина уже шла к двери. -Орина выдохнула через нос — коротко, почти как смех, и сразу убрала это с лица. +— Мне нужно измеренное число и объяснение, что оно означает. С этим я пойду к остальным. -— Слушайте оба. — Она говорила быстро, и было слышно, что она уже составляет следующий разговор, не этот. — Мне от вас нужно одно измеренное число и честная граница: что оно доказывает и чего не доказывает. Не делайте из догадки вывод. С этим я иду к остальным. Гадать будем потом, вслух и при всех, когда будет на чём. +Виталик взял отвёртку, мультиметр и фонарь. В начале полёта над этим фонарём смеялись: ручной светильник на автономном корабле с умным освещением. Теперь вода подбиралась к розетке, и шутить о нём никто не стал. -— Если число будет странное? — спросил Женя. +— Если свет погаснет, — сказал он, — я хочу увидеть, куда ступаю. -— Тогда скажешь, что оно странное, и скажешь, насколько. — Она уже шла к двери. — Я не инженер. Я умею заставить людей говорить внятно и умею отличить внятное от красивого. +Орина взялась за створку. Женя ждал очередной капли в кружку, но услышал только, как щёлкнул замок двери. -Виталик открыл ящик, вытащил отвёртку, подумал и достал ещё фонарь — тяжёлый, с резиновым кольцом на рукояти. +Он обернулся. Труба над верстаком была сухой. Ни капли на фланце, ни струек на стене. Вода на полу ещё стояла, а источник уже исчез. -— Свет? — спросил Женя. +— Виталик. -— Здесь пахнет мокрой изоляцией. — Виталик проверил большим пальцем кнопку. — Если свет погаснет, я хочу узнать это глазами, а не руками. +Тот посмотрел на трубу. Молча взял кружку с верстака. -— У него подсветка. - -— У него подсветка, — согласился Виталик. — А у тебя память про насосную. - -Женя хотел сказать, что это было давно, и не стал. - -— Я тогда не знал, куда можно наступать. - -— Мы искали выход на ощупь, — сказал Виталик. — Сорок минут, между прочим. - -— Двадцать. - -— Поэтому фонарь. — Виталик сунул его в карман комбинезона и забрал кружку с верстака. - -Орина положила руку на створку двери. - -И тут Женя понял, что что-то не так, и не сразу сообразил, что именно. - -Он ждал каплю. - -Капли не было. Он досчитал до десяти. Потом ещё раз до десяти, медленнее, глядя на фланец, где всегда набухала следующая. Там ничего не набухало. Труба конденсатора висела над верстаком сухая и матовая, и по всей её длине не осталось ни одной капли. - -Дождь кончился. - -В мастерской было тихо. Женя не слышал её такой ни разу: при нём она капала всегда — в смену, в ночь, в выходной, под его чтение и без него. - -Он ждал, что Виталик что-нибудь скажет. Виталик стоял с кружкой и молчал. - -Орина не убирала руку с двери. - -Панель у двери по-прежнему горела зелёным. +Орина рывком открыла дверь и вышла в коридор. Женя схватил книгу, положил на верхнюю полку, подальше от воды, и пошёл за ней. Виталик догнал его у щита; оба прибавили шаг, хотя обычно ни один из них по кораблю не бегал.