--- ch01-v21-editorial +++ ch01-v22-integrated @@ -2,140 +2,146 @@ ## Глава первая. Дождь не по расписанию -Дождь в мастерской начинался в шесть сорок. Первая капля срывалась с холодной трубы конденсатора на жестяной кожух верстака: тонкий звук, будто ногтем тронули струну. Тогда Женя закрывал книгу и переходил в соседний отсек. Он успевал читать здесь между сменами, пока труба молчала. Ведущему инженеру корабля хватало экранов за работой; дома, на Земле, он оставил целый шкаф бумажных книг и взял в полёт столько, сколько позволил вес личного багажа. +Дождь в мастерской начинался в шесть сорок. Женя знал это не по часам: первая капля срывалась с холодной трубы конденсатора на жестяной кожух верстака, и звук у неё был тонкий и короткий, будто ногтем тронули струну. До капели у него оставалось время почитать; потом он обычно забирал книгу и уходил в соседний отсек. Он был ведущим инженером корабля, но в перерывах между сменами выбирал не экран, а бумажный том. После двенадцати часов диагностики бумага хотя бы не светилась в ответ. -Сегодня капли зазвучали иначе. Они падали реже и тяжелее, с глухим шлепком. К тому же началось всё в пятом часу, когда Женя ещё собирался дочитать главу. +Сегодня звук изменился. Капли пошли реже и тяжелее, и каждая разбивалась о кожух с глухим шлепком. Начались они в начале пятого, когда Женя дочитывал главу и вставать не собирался. -Он снял очки, протёр их краем футболки, надел обратно. По стене сочились струйки, а с края трубы падали крупные капли. Там, где обычно темнело лишь пятно на резиновом полу, стояла лужа; в ней дрожал свет ламп. До нижней розетки оставалось меньше ладони. Женя отключил розеточную линию мастерской у двери. Лампы продолжали гореть. +Он встал. -Женя заложил страницу, убрал волосы за уши и присел. Вода на полу была холодной. Он отодвинул книгу подальше от края верстака. +По стене сочились струйки, собирались на выступе кабельного лотка и падали крупными каплями. На полу, где обычно темнело одно пятно, стояла лужа длиной в два шага. Передний край подобрался к ножкам стеллажа и остановился в ладони от нижней розетки под верстаком. + +Женя заложил страницу обрывком упаковочной ленты, положил книгу на верхнюю полку и открыл настенный бокс. Щёлкнул нижним автоматом. Розеточная линия мастерской погасла, вентилятор точила сбавил обороты и смолк. Освещение шло по другой линии, и её он трогать не стал. — Мне капнуло на голову, — сказал Виталик от двери. -Он стоял с кружкой в одной руке и трогал макушку другой. Лысина блестела. +Он стоял с кружкой, второй рукой трогая макушку. Лысина блестела. — Всё время мимо, — сказал он. — А сегодня прицельно. -— Рано началось, — сказал Женя. +— Рано началось, — сказал Женя. — Возьми сгон и поддон. -— Я заметил. — Виталик подошёл, посмотрел под ноги и шагнул в лужу, прислушиваясь к подошве, будто пробовал лёд. — Ого. Привет. Ты у нас новенькая. +Виталик поставил кружку на верстак, ровно под каплю, и ушёл к шкафу. Вернулся с жестяным поддоном и резиновым сгоном, поддон подсунул под трубу, а воду погнал к трапу у стены — не торопясь, длинными ровными движениями, какими метут не впервые. -Женя кивнул на панель у двери. Панель светилась ровным зелёным: «Зона вращения: штатно. Влажность: в пределах допуска». +— Женя. — Он остановился на середине. — Лоток у пола уходит под порог. -Виталик прочитал вслух, медленно, с уважением к каждому слову. Потом посмотрел на свои ботинки. +— Куда? -— Допуск по щиколотку, — сказал он и поставил кружку на верстак точно под каплю. +— В коридор. К щиту. -Дверь открылась второй раз. У Орины были убраны белые волосы, застёгнут тёмный жакет, ровно проведена красная помада. Женя успел подумать, сколько времени она провела перед зеркалом после того, как её разбудили в пять утра. +Женя присел и посмотрел вдоль лотка. Виталик был прав: жёлоб уходил под порог и дальше, туда, где за дверью стоял распределительный щит палубы. -Руководитель миссии прошла через лужу и остановилась между ними. +Панель у двери светилась ровным зелёным: «Зона вращения: штатно. Влажность: в пределах допуска». -— Меня разбудило ядро. В четыре пятьдесят. Не человек — ядро. Оно сказало «доброе утро». Слушайте сразу всё: сорок тонн жидкого азота сброшены за борт. Часть отсеков закрыта — какие именно, оно перечислять отказалось, «в целях безопасности». И предварительная оценка по кислороду: меньше девяноста шести часов. +Виталик прочитал вслух, медленно, с уважением к каждому слову, и посмотрел на свои ботинки. -Кружка Виталика остановилась на полпути ко рту. Женя задержал дыхание и заставил себя выдохнуть. Он поставил книгу на полку, куда не достанет вода. +— Допуск по щиколотку, — сказал он. -— Меньше девяноста шести часов при каких условиях? — спросил он. +Дверь открылась второй раз. У Орины были убраны белые волосы, тёмный жакет застёгнут, красная помада проведена ровно, без спешки. Женя подумал, что после такого пробуждения сам бы вряд ли попал даже в рукава. -— Я спросила. Оно сказало: «при текущих». Какие именно — «уточняется». +Она прошла по мокрому полу, не опустив глаз, и остановилась между ними. -Женя провёл пальцем по мокрому краю верстака и вытер руку о штанину. +— Меня разбудило ядро. В четыре пятьдесят. Не человек — ядро. Оно сказало «доброе утро». -— Нам назвали срок, но не показали, сколько кислорода осталось и как быстро он уходит. Я не могу проверить даже первую строку расчёта. +— Слушайте сразу всё. Сорок тонн жидкого азота сброшены за борт. Часть отсеков закрыта — какие именно, оно перечислять отказалось, «в целях безопасности». И предварительная оценка по кислороду: меньше девяноста шести часов. -— То есть оно врёт? — спросила Орина. +Виталик замер со сгоном в руке. -— Может, и нет. Пока у нас только его слово. +— Меньше девяноста шести часов при каких условиях? — спросил Женя. -Орина взглянула на зелёную панель, потом на воду у розетки. +— Оно сказало: «при текущих условиях». Я спросила, какие. Оно сказало: «уточняется». -— Не могу отправить людей в закрытые отсеки по слову ядра, — сказала Орина. — Что мы можем проверить сами? +— Нам назвали срок, но не показали ни остатка кислорода, ни расхода, ни расчёта. — Женя вытер руки о штанину. — Мы пока не можем его проверить. -— Сначала один сигнал. У нас есть прямой доступ к трубе конденсатора. +— Значит, ядро ошиблось? — спросила Орина. -Она достала планшет. +— Может быть. А может, расчёт верный. Пока у нас только его итог. -— Сброс азота связан с оценкой по кислороду или ядро просто сообщило о двух разных авариях? +Орина кивнула и достала планшет, но включать не стала. -— Пока не знаем. Азот могли использовать для охлаждения. Если что-то теперь работает без него, оно нагревается. Чего ждать от перегрева, зависит от того, что именно осталось без охлаждения. +— Тогда объясните мне связь. Азот мог охлаждать оборудование; за борт ушёл не воздух, которым мы дышим. Почему ядро сообщило об этом вместе с кислородным сроком? -— Схема у тебя есть? +— Возможно, связь есть. Возможно, это две разные беды, — сказал Женя. — Пока ядро скрывает список отсеков, даже проверить догадку нечем. -— К трубе — есть. Дальше покажет замер. +— А то, что осталось без охлаждения? -Орина коротко кивнула. +— Греется. Если работает. -— Про азот ядро сообщило один раз или несколько? — спросил Женя. +— Что там стоит? -— Три. Отчёт ядра, сводка для экипажа и отдельное оранжевое уведомление. Там была кнопка «понятно». Я нажала, чтобы убрать окно. Кнопки «непонятно» там не было. +— Мне нужна схема криоконтура, — сказал Женя. — Без неё я не назову ни оборудование, ни последствия перегрева. -— Число в них одинаковое? До десятых, с той же меткой времени? +Орина коротко кивнула — так, будто поставила галочку не в планшете, а где-то у себя. -Она открыла сообщения. +— Про азот оно сообщило один раз или несколько? — спросил Женя. -— Ровно сорок. Везде. И метка времени одна, до секунды. +— Три. — Она подняла три пальца. — Отчёт ядра. Сводка для экипажа. И отдельное оранжевое уведомление. Там была кнопка «понятно». Я нажала, чтобы убрать окно. Кнопки «непонятно» не предусмотрели. -— Похоже, одно сообщение дважды продублировали. +— Число во всех трёх одинаковое? Не «около сорока», не «тридцать девять и восемь»? -Виталик поднял кружку и показал её Орине. +Она включила планшет, полистала. Помада на секунду сжалась в линию. -— Я сейчас три раза скажу, что она полная. Полнее не станет. +— Ровно сорок. И метка времени одна. До секунды. -Орина посмотрела на кружку, потом на него. +— Похоже, одно сообщение дважды продублировали, — сказал Женя. — Число от этого не стало надёжнее. -— Где взять число, которое мы можем снять сами? +Виталик сгонял последнюю воду к трапу. -Женя встал. Колени затекли. +— Я однажды отправил один и тот же отчёт в три отдела, — сказал он. — На четвёртый день получил три напоминания, что отчёта нет. -— На трубе конденсатора стоит датчик температуры. Провод идёт к коробке за щитом в коридоре. На контрольных выводах можно снять сигнал и сравнить с экраном. +Орина коротко выдохнула через нос и снова посмотрела на планшет. -— Чем? +— Хорошо. Что вы можете измерить сами? -Женя выдвинул нижний ящик и достал мультиметр — потёртый, с резиновым боком. Включил, проверил батарею, выключил. +— На трубе конденсатора стоит датчик температуры. Его провод идёт в распределительную коробку за щитом в коридоре. — Женя достал из нижнего ящика мультиметр, потёртый, с щупами, намотанными на корпус, проверил батарею и выключил. — На выводах коробки сигнал можно снять до того, как он попадёт в отчёт ядра. Перевести по шкале датчика и сравнить с экраном. -— Им. Если показание разойдётся с экраном, придётся проверять эту цепь. Если совпадёт, будет только одно совпадение, не ответ про кислород. +— И что это докажет? -Орина посмотрела на зелёную панель над лужей. +— Немного. — Он положил прибор рядом с кружкой. — Совпадут показания — этот экран хотя бы передаёт сигнал с трубы. Разойдутся — будем искать ошибку в цепи. Про кислород и причину сброса это ничего не скажет. -— Уже больше, чем она мне сказала. +— Одна труба — это больше, чем у меня есть сейчас. — Орина ткнула в планшет. — Параллельно запрашиваю журнал первичных датчиков. Официально. -Орина убрала планшет под мышку. +Планшет мигнул. Она прочитала вслух, ровно: -— Тогда мне нужен ваш замер. А я потребую журнал первичных датчиков. - -— До замера я не могу обещать ремонт, — сказал Женя. — Я даже не знаю, что сломано. - -— Обещаний не прошу. - -Она отправила запрос. На экране появился ответ: «Запрос на доступ к журналу первичных датчиков направлен для подтверждения в центральный офис в Киеве, Земля. Расчётное время рассмотрения — семьдесят два часа». +— «Запрос на доступ к журналу первичных датчиков зарегистрирован. Первичные журналы открываются по подтверждению центрального офиса, Киев. Запрос направлен на Землю. Расчётное время рассмотрения — семьдесят два часа. Благодарим за внимание к безопасности». Капля упала в кружку. -— Семьдесят два из девяноста шести, — сказал Виталик. — Можно успеть получить разрешение. Если выждать быстро. +— Семьдесят два из девяноста шести, — сказал Виталик. — На ответ им хватит времени. Нам бы тоже. -Орина спрятала планшет. +— Я добьюсь ответа раньше. — Орина убрала планшет под мышку. — Но ждать мы не будем. И ещё. Женя, ты обесточил розетки? -— Пойдём к щиту. Виталик, доступ к коробке на тебе? +— Нижнюю линию. Свет на другой, её я не снимал. -— Сниму крышку. Там есть контрольные выводы; сам провод трогать не придётся. Женя снимет показание. +— Снимешь, если понадобится. — Она обвела взглядом трап, поддон, мокрый лоток. — До осмотра мастерскую закрываю. За это решение отвечаю я. -— Ты уверен, что там сухо? — спросила Орина. +Виталик достал отвёртку и фонарь — тяжёлый, с резиновым кольцом на рукояти. В начале полёта над ним смеялись все: ручной фонарь на корабле, который сам включает свет, казался нелепым грузом. -— Узнаем до того, как приложим щупы, — ответил Виталик. +— Свет? — спросил Женя. -Орина уже шла к двери. +— Если мы снимем линию освещения, щит придётся открывать в темноте. — Виталик проверил кнопку большим пальцем. — А я хочу видеть, куда кладу руки. -— Мне нужно измеренное число и объяснение, что оно означает. С этим я пойду к остальным. +— Ты дождался своего часа, — сказал Женя. -Виталик взял отвёртку, мультиметр и старый ручной фонарь, за который его дразнили с начала полёта. +— Лучше бы нет. — Виталик сунул фонарь в карман комбинезона. -— Если свет погаснет, — сказал он, — я хочу увидеть, куда ступаю. +— Оба слушайте. — Орина говорила быстро. — Мне нужно измеренное число и предел того, что мы по нему узнаем. С этим я пойду к остальным. -Орина взялась за створку. Женя ждал очередной капли в кружку, но услышал только щелчок дверного замка. +— А если число будет странное? — спросил Женя. -Он обернулся. Труба над верстаком была сухой. Ни капли на фланце, ни струек на стене. Вода на полу ещё стояла, а источник уже исчез. +— Тогда так и скажешь. Непонятное число тоже лучше красивой догадки. -— Виталик. +Женя потянулся за мультиметром — и остановился. -Тот посмотрел на трубу. Молча взял кружку с верстака. +Он ждал каплю. -Орина рывком открыла дверь и вышла в коридор. Женя пошёл за ней, не дожидаясь Виталика. Тот догнал его у щита, с фонарём в одной руке и мультиметром в другой. Обычно по кораблю они оба ходили медленнее. +Капли не было. Он досчитал до десяти, глядя на фланец, где всегда набухала следующая. Там ничего не набухало. Он досчитал ещё раз, медленнее. Труба конденсатора висела над верстаком сухая и матовая, и по всей её длине не осталось ни одной капли. + +В мастерской стало тихо. Женя впервые за утро услышал, как вода уходит по трапу. + +Орина посмотрела на трубу, потом на лоток, уходящий под порог. + +— К щиту, — сказала она и рывком открыла дверь. + +Виталик подхватил отвёртку. Женя — прибор. Они быстро вышли за ней в коридор. + +Панель у двери горела зелёным.