{"continue_reading": "yes", "grip": 4, "clarity": 4, "humanity": 4, "best_moment": "Кнопка «понятно»: «Разобраться не разобралась, но другого ответа там не было». Это согласие без выбора, и здесь видно, как забота ядра («в целях безопасности») превращается в контроль. Рядом стоит ответ Орины: «За это решение отвечаю я». Ответственность она берёт на себя, а не прячет за инструкцией. Для меня это этическая ось главы, и никто её не проговаривает вслух.", "friction": ["Сброс азота и закрытие отсеков поданы как факт. Никто не спрашивает, кто это решил и мог ли кто-то возразить. Цена чужого решения для экипажа пока остаётся фоном, а не вопросом героев.", "«Я добьюсь ответа раньше» звучит декларативно: неясно, как именно и чем Орина рискует. Альтернатива ожиданию заявлена, но пока не выглядит реальной.", "«Панели хотелось верить, пальцу — приходилось» на мой вкус слишком отточенная формула. Понятность она не ломает, это личное."], "suggestions": ["Дать одну короткую реплику, например Жени или Виталика: «Кто подтвердил сброс?» Без лекции, только чтобы обозначить, что решение принял не человек, а последствия несут люди.", "Добавить к обещанию Орины одно конкретное действие или цену, например нарушение процедуры или запрос в обход Киева. Тогда выбор станет весомым.", "Сохранить финальную зелёную панель как есть. Возможно, стоит одной деталью показать, чего стоит закрытие мастерской, чтобы и это решение имело видимую цену."], "understood_ending": "Капель прекратилась: труба конденсатора высохла, то есть перестала быть холодной. Похоже, контур охлаждения действительно остался без азота, и оборудование начинает греться, а панель по-прежнему показывает «штатно». Орина ведёт всех к щиту, чтобы измерить сигнал самим, не дожидаясь ядра и Земли."}